densaopint (densaopint) wrote,
densaopint
densaopint

Categories:

«БАБЬЯ ВОЙНА»

В 2001 году по просьбе знакомого главковского офицера написал статейку одну... На основе архивных документов и жития-бытия в отряде. Сегодня нашел и нахлынули воспоминания... Вот на суд ваш :)

Обе статьи посвящены ЖЕНЩИНАМ!!! :) Которые действительно часто - НАШЕ ВСЕ :)))
0ef73e2c282064d73a9f6c719d3




bf22e9750afd

1. Наурские щи.

В начале июня 1774 года крепость Моздок потрясло известие, что сильный Турецкий корпус со множеством примкнувших к нему горских дружин вышел в поход с целью выжечь все русские поселения по Тереку. Моздокский гарнизон приготовился к бою. Из соседних станиц для обороны крепости стали прибывать казаки. Их жены и дети, со всем имуществом, которое можно было увезти, выехали в Наур. Туда же с малыми силами отправился полковник Савельев. Этот шаг был сделан в основном для успокоения семей казаков и защиты от вражеских отрядов, которые могут действовать отдельно от основных сил.

…11 июня был Духов день. Оставшиеся в Науре казаки со своими семьями и не занятые на службе солдаты во главе с полковником Савельевым находились в церкви. Вдруг со стороны пикетов прогремели выстрелы. Полковник сразу же выбежал во двор и столкнулся с казаком, прибывшим из крепости.

- Что стряслось? – тихо, дабы не наводить лишней паники, спросил Савельев.

- Турки с горцами к крепости подошли, осадили. Однако большие силы выдвинулись к Науру. Примерно через час будут здесь.

Враг появился быстрее ожидаемого. Горцы, примкнувшие к туркам, решили, используя внезапность, взять станицу наскоком. И уже спустя полчаса она была окружена восьмитысячным войском. Но планам противника не суждено было сбыться. Полковник Савельев, опытный, закаленный в военных походах офицер, еще за несколько дней до нападения приказал обнести поселение большим валом с колючим терновником и ветками облепихи, разместить на валу редут и четыре орудия, также укрепить ров рогатинами.

Когда начался приступ, Савельев лично руководил обороной. Рядом с небольшим числом солдат и казаков, не успев переодеть праздничные сарафаны и платья, на ров, вооружившись серпами, вилами и косами, высыпали казачки.

- Так, бабаньки, - прогремел голос Савельева, - ваша задача поддерживать костры, варить смолу и лить ее на головы басурман.

Перепачканные в саже, нередко раненые казачки бегали от котла со смолой ко рву, обливая ей очередную волну наступавших. Но вскоре на дне котла не осталось ничего, а неприятель снова пошел на штурм.

- Девки, - проорала одна из старейших жительниц станицы Федотья, - тащите щи праздничные, что мужикам понаготовили, авось, турки энти и не пробовали еды казачьей.

Хитроумная выдумка бабки была сразу же подхвачена станичницами, и в котел, где некогда варилась смола, полились щи.

- Ой, бабы, - смеясь и подбадривая землячек, кричала она. – Ох, и побьют же нас мужья, узнав, кого мы кормили сегодня.

Крупная, седовласая, с морщинистым лицом, перепачканным углем и сажею, она напоминала ведьму. Казалось, один только ее хриплый смех, слышный почти на всю станицу, отпугивал и внушал ужас врага.

Пока полковник Савельев руководил казаками и солдатами, Федотья повела «бабью рать» с косами и серпами на вал, другим приказала перетаскиватьтуда, где усиливается натиск врага, чугунные пушки.

Не боясь свиста пуль и гиканья нападавших, рядом со старыми закаленными воинами сражались женщины, нередко вступая даже в рукопашную схватку. В один момент враг почти прорвал оборону. Через ров полезли горцы. Положение спасла незамужняя молодая казачка. С косой кинувшись на врага, она перерезала ему горло, отобрала ружье и немедля открыла огонь по узкому проходу, куда рвался неприятель. Вскоре проход был завален трупами нападающих.

Двенадцать часов шел бой. Осажденные ждали подмоги, но подмога не шла. К Моздоку подходили большие силы чеченцев, кумыков, и оставить крепость означало гибель для всех. Дорога с Кизляра так же была перекрыта. Защитникам Наура приходилось рассчитывать только на свои силы.

К вечеру бой стал затихать. Турки отвели войска от рва.

- Нельзя дать им отдохнуть, - сказал Савельев. – Необходимо сделать ночную вылазку.

На рискованную операцию вызвался казак по имени Перепорх, с ним пошли и его друзья. Взяв с собой орудие, они поползли в камышах и остановились напротив ставки турок.

- Позиция для орудия-то хороша, - сказал Перепорх своим друзьям, - да как отступать будем?

- Нет пути для отступления.

- В таком случае, подождем, пока дремота не проймет врага, откроем огонь, уничтожим противника и уйдем этим же путем.

В середине ночи громыхнул пушечный выстрел, после которого с турецкой стороны открылась беспорядочная ружейная пальба…

Смельчаки к рассвету не вернулись. Савельев построил у вала оставшихся защитников станицы, чтобы помянуть героев. Но вдруг его речь была прервана бурным смехам станичников. Сорви-головы вернулись целыми и невредимыми, с казенной пушкою и с плененным турком.

После допроса иноземца оказалось, что Перепорх удачным выстрелом убил племянника Калги – турецкого полководца, и нескольких уважаемых мурз.

На утро турки сняли осаду и направились прочь от Терека. По пути они были еще раз обстреляны из крепости Моздок.

В ознаменование этого события в Наурской церкви был достроен особый предел во имя апостолов Варфоломея и Варнавы, и день 11-го июня праздновался в Моздокском полку до 1917-го года.

Многие жительницы Наура были награждены медалями, учрежденными Императрицей Екатериной II за турецкую войну 1769 – 1774 годов.

Особенная роль женщин при защите станицы стала причиною, почему многие горцы долго не могли забыть позора своего поражения.

На Моздокском рынке стоял обычный шум. Мимо рядов, где торговали в основном военной амуницией, шли трое горцев. Остановились они у лавки с ятаганами. Долго спорили, выбирали. Вдруг рядом появилась большая седовласая бабка.

- А стоит ли? – Спросила она, обращаясь к ним.

- Что хотела спросить, старуха? – Зло ответили вопросом на вопрос те.

- Да так. Помню, как-то ходили вы один раз в поход на русские земли, да с казацкими бабами не управились.

Шутку поддержал почти весь рынок. Посыпались вопросы: « А не вы ли щи в Науре хлебали?», «Ваши бабы тоже так готовят?», «Оружие для жен своих покупаете?».

Под шутки и смех угрюмые горцы поспешно выбежали с рынка. Долго еще там не появлялись гордые «соседи».

IMG244

2. Кавказские воительницы.

Вертолет сел на площадку. В подъехавшую «таблетку» стали заносить раненых. Операцию пришлось проводить прямо в машине. У раненного бойца открылось внутреннее кровотечение. Через несколько минут он был перенесен на операционный стол в медсанчасть 46 ОбрОН.

За жизнь бойца медики бились всю ночь. Уже под утро из реанимационного отделения вышла медсестра Татьяна Исмолова.

- Спасли парня, – сказала она сиплым от усталости голосом, и села рядом на стул.

Я собрался расспросить ее о ходе операции, о серьезности ранения, но, приготовив диктофон, увидел, что Татьяна уснула.

Увидеть женщин, проходящих службу в Чечне – дело обычное. Медсестры, хирурги, связистки, секретчицы, повара, финансистки, писари, делопроизводители – вот далеко не полный перечень занимаемых ими должностей. Встречаются женщины-командиры разведподразделений, но это уже, конечно, редкое исключение.

Чтобы полностью нарисовать образ кавказских воительниц, не хватит даже книги. Уж столько на их долю выпало испытаний!

1996 год. Высота не далеко от н.п. Бамут.

- Людочка, - обратился капитан Николаенко к фельдшеру Людмиле Стегленко, - у нас раненные, посмотри их, а я пойду, огонь АГС подкорректирую.

Окруженное со всех сторон боевиками, подразделение почти сутки обороняло высоту. Врывшись в землю, бойцы отбивали все новые и новые атаки. Николаенко всегда был на самых напряженных участках боя. Новое наступление бандитов потребовало от капитана быть на позициях АГС. Людмила осталась в землянке перевязывать раненных. Вдруг, совсем близко раздался взрыв, через минуту бойцы принесли на руках раненного командира. Осколок попал в лицо. Николаенко был без сознания, а это означало, что руководить обороной было некому. Остановив кровотечение, фельдшер взяла в руки автомат и … приняла командование на себя. При помощи сержантов, она скоро освоилась к непривычной для нее роли. Бегая под пулями, как матерый солдат, она старалась увидеть всю картину боя. Указывала бойцам, куда сосредоточить огонь и одновременно осматривала ранения, врачевала.

Под утро пришел в себя командир. Чуть позже подошли и основные части. Враг был отброшен.

Уставшая, перепачканная кровью Людмила снова зашла в землянку и села на матрац. Было очень тяжело, как морально, так и физически.

Вдруг, бойцы стоявшие у входа услышали женский крик. Схватив оружие, все бросились на помощь к фельдшеру. Но было поздно… Она уже стояла на табуретке, а мышь улизнула в норку. Минуту в землянке стояла гробовая тишина, которую прервал смех. Женщина, которая несколько часов назад, бегала под пулями, сражалась плечом к плечу с солдатами, испугалась мыши. Смешно, но женщина, даже на войне остается женщиной.

2002 год. Ханкала. Пункт временной дислокации одного из отрядов спецназа.

- Нет, ну как вы меня достали! Шланг на шланге сидит, и шлангом погоняет (шланг – уклоняющийся от работ. Прим. авт.), - сетует медсестра Надежда. – Как на спецоперацию, так все вперед бежите, о болячках своих забываете, а как палатку помочь перенести, так все больные.

- И часто в помощи отказывают? – Спрашиваю я, сидя в только что установленной палатке.

- Нет, конечно. Они и горы ради нас свернут, – смеясь, отвечает Надя. – А просим потрудится лишь затем, чтоб разузнать об их самочувствии. Профессиональный глаз медиков многое заметит, когда человека в деле наблюдает.

- Бойцы боятся вас?

- Боятся, что в горы мы их не пустим. В прошлую командировку боец один сотрясение на спарринге получил, так я к командиру: мол, оставьте здесь. Оставил, на мою голову. Он же все нервы истрепал: «Вы мне всю жизнь отравили, мне воевать надо»… Ну как ему объяснить, что со здоровьем не шутят?! Вот и приходится хитрить. Видел, сегодня капитан приходил за йодом?

- Угу, - киваю я.

- Это Сашка Емилов. Говорит, что к пасхе готовится, якобы яйца красить. На самом же деле, упал он недавно, в горах, чуть не разбился, теперь раны да ссадины прижигает. Попробуй такого оставь. Вою будет, чеченцы сами в Иран убегут. Зла не хватает, хотя и люблю я вояк наших.

Утром отряд снова уходил в горы. Провожать их пришли женщины спецназа. Была здесь и медсестра Надежда, и финансистка Галина, и повар отряда Люба. На глазах у женщин, еще вчера ругавшихся на бойцов и офицеров за небрежность, всяческие подколы, не желание есть или проверить здоровье, стояли слезы, самые чистые, какие мне приходилось видеть…

(Некоторые имена и фамилии изменены)

<lj-like />
<lj-like buttons="repost" />

Tags: 46 ОБрОН, Чечня, война. Наур, женщины
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments